Георгий Янс, День без вранья

У замечательной Виктории Токаревой есть очень старинный рассказ «День без вранья».  Его нам в выпускном классе вслух читала классная руководительница. Добрая и наивная женщина. Ей казалось, что после прочтения рассказа мы перестанем врать или врать , но самую малость.  Прошедшие сорок лет показали, как она заблуждалась. В любом случае перечитайте или прочитайте этот мудрый и ироничный рассказ. А вдруг…

У нас множество праздников: день строителя, рыбака, работников торговли.  Но у нас как класс отсутствует один очевидный праздник – «День без вранья».   День без курения есть, день, когда с автомобилей пересаживаются на общественный транспорт также имеется, а дня без вранья нет.

Я, конечно, понимаю, что день без вранья невозможен по определению, потому что иначе получится день тишины. И все-таки, давайте помечтаем. Как говорится, «мечтать не вредно».

Итак, «несбыча мечт» началась.

«Генерал-соловей» Следственного комитета Владимир Маркин  в «день без вранья» рассказывает  о задержании украинской летчицы Надежды Савченко.

— Луганские ополченцы привезли пленную в наручниках и с мешком на голове к российской границе. А уже доставить ее в Воронеж было делом техники. Зачем ее выкрали? Так на всякий случай. Чтоб было.

Потом он обязательно добавит:

— Так я говорю только в этот день. Завтра будет все по-другому. Надежда Савченко буде задержана «в строгом соответствии с российским законодательством».  Почему я завтра совру?  Я – служащий. Работа у меня такая.

Затем «честное слово»  возьмет представитель МИДа Александр Лукашевич. Он будет честен как никогда. О погибших россиянах в Украине  ответит, как нормальный и адекватный человек.

— Прежде всего, я хочу выразить свои соболезнования родственникам погибших добровольцев. Могу заверить, что мы не оставляем без помощи и поддержки семьи погибших. В силу определенных обстоятельств стараемся эту помощь не афишировать. Надо понимать, что добровольцы есть с обеих сторон. Но так я говорю сегодня, а завтра обязательно совру и все свалю на украинскую пропаганду. Добровольцев у нас нет, мы не «воюем на стороне ополченцев». И мы боремся за мир во всем мире.

Потом мы будем дивиться  мужеству и принципиальности прокурора на суде над Евгенией Васильевой.

—  Те хищения в министерстве обороны, которые доказаны, не могли произойти без ведома министра. Поэтому он точно такой же соучастник преступления, как и Васильева.

После этой фразы прокурор платком вытрет лысину (если не лысый, можно протереть тем же платком лоб) и неожиданно добавит.

— Я понимаю, что Сердюков не может быть подозреваемым. Дело не в том, что он  был министром, а дело в том, что он вернулся в семью. В какую семью. Поэтому я завтра буду настаивать, что «Васильева вошла в доверие к Сердюкову и сознательно вводила его в заблуждение, когда организовывала схемы по незаконному отчуждению объектов имущества российского военного ведомства».

В «день без вранья» миллионы телезрителей включают Первый канал и слышат… Боже мой, что они слышат? Они слышат репортаж с Украины. Голос корреспондента звучит искренне и волнительно.

— В «день без вранья» мое начальство разрешило говорить мне правду. Вы даже не представляете, какое счастье для журналиста говорить  правду. Я хочу извиниться за свой сюжет про «распятого мальчика». Мне очень стыдно за то, что я пустила в эфир такую бессовестную ложь. И хотя мне стыдно, завтра я все равно совру. Завтра «дня без вранья» уже не будет. Акция закончилась.

Все. Стрелки часов перескочили на новый день. На день бесконечной  лжи.

Герой рассказа Виктории Токаревой, проведя день без вранья сделал простой вывод:

«Оказывается, говорить правду можно только в том случае, если живешь по правде».

Поэтому шансов докопаться до правды в истории со сбитым «Боингом»  практически нет никаких. Врать начали все.

Оригинал

Источник: «Эхо Москвы»
Опубликовано автоматически, мнение администратора сайта может не совпадать с мнением автора.

0.00 avg. rating (0% score) - 0 votes
comments powered by HyperComments

Рубрика: "Эхо Москвы"