Елена Масюк, ОНК для избранных

В пятницу, 25 июля, УФСИН России по Москве проводил свою очередную коллегию. Ну как всегда, ничего особенного, кроме того, что в это время (а это весь рабочий день) в московских СИЗО отсутствовал почти весь офицерский состав. После долгого заседания для руководителей подавали чай. Вот тут и понеслось.

Начальник УФСИН России по Москве Тихомиров говорил председателю ОНК Москвы Цветкову, что, мол, те члены ОНК, кто по профессии журналисты, ходят в СИЗО не для общественного контроля, а лишь для того, чтобы быстрее статеечку в «Новую газету» состряпать и гонорарчик получить.

Поскольку в ОНК Москвы кроме меня нет других журналистов из «Новой газеты», можно понять, что речь шла обо мне. Мол, журналисты по десятку писем напишут, чтобы попасть в изоляторы, а этим журналистам, по совместительству членам ОНК, дорога везде открыта.

Так скажите мне это в лицо, руководитель УФСИН России по Москве господин Тихомиров и председатель ОНК Москвы господин Цветков! Что же вы кулуарненько обсуждаете? В лицо скажите! Мне, журналисту «Новой газеты», скажите, Еве Меркачевой скажите, журналисту «Московского комсомольца», Зое Световой, журналисту «Нью Таймс» скажите. Все мы – члены ОНК Москвы. Еще скажите всем тем членам ОНК, кто регулярно пишет в соцсетях, в том числе Анне Каретниковой скажите. Всем скажите: не смейте писать, не смейте говорить о том, что видите и слышите в московских изоляторах! Только не забудьте сослаться на норму закона, господа!

А пока в ФЗ №76 « Об общественном контроле за обеспечение прав человека в местах принудительного содержания и о содействии лицам, находящимся в местах принудительного содержания» есть статья 15, в которой указываются основные формы деятельности общественной наблюдательной комиссии. Среди этих форм есть направление материалов по итогам осуществления общественного контроля в том числе и в средства массовой информации. То есть любой член ОНК, подчеркну – совсем даже не журналист, может написать статью, дать интервью, или сделать телеочерк по итогам осуществления им общественного контроля в московских СИЗО.

Члены ОНК осуществляют общественный контроль, об этом сказано все в том же 76 законе. Общественный контроль не является секретом, и как уже сказано выше, мы имеем право информировать общественность о результатах своей работы. Если вы нам, господа, хотите запретить это делать, то тем самым вы противодействуете свободе слова члена ОНК при осуществлении им законной деятельности.

Полагаю, что «статеечка», которая так не понравилась господину Тихомирову, была про еду в московских СИЗО. Вот эта ссылка на мою статью в «Новой газете».

Да, не понравилась моя статья. Ну, это понятно. А вы наведите, господа сотрудники УФСИН по Москве, порядок в изоляторах: готовьте нормальную еду, выдавайте миски каждому заключенному, а не одну на четверых; оказывайте вовремя квалифицированную медицинскую помощь, лечите людей, а не считайте их симулянтами; выдайте заключенным нормальные матрасы вместо нынешних тонких ватных подстилок; замените кровати, где расстояние между металлическими планками 10-15 сантиметров, куда проваливаются эти самые тонкие матрасы, и поэтому спать на этих кроватях невозможно, я не говорю уже про разодранные раскладушки, под которые, чтобы не упасть на пол, подкладывают книги; выдайте заключенным бумагу и ручки, чтобы они могли писать жалобы и заявления; если вы ремонтируете камеры, то используйте качественные краски для жилых помещений, а не те, что отравляют воздух месяцами, когда буквально через пять минут нахождения в такой камере начинает болеть голова, а арестанты вынуждены находится в таких камерах постоянно… И не будет тогда подобных статей, которые вам так не нравятся.

Председатель ОНК Москвы, а по совместительству руководитель общественной организации «Офицеры России» и член нового состава Общественной палаты, отвечающий в том числе и за формирование ОНК по стране, сказал на этой встрече за чашкой чая беседуя с Тихомировым и другими сотрудниками ФСИН, что, мол, мы хотим избавить ОНК от криминалитета, имеется ввиду бывших заключенных, … и журналистов. Ну, да, это почти одно и тоже – криминалитет и журналисты.

А ничего, что желая не допускать журналистов в ОНК, вы, господа, собираетесь нарушить основной закон РФ – Конституцию, где в ч.2 ст.19 говорится о гарантии государства на равенство прав и свобод человека. То есть вы хотите лишить права общественного контроля журналистов исключительно по их профессиональной принадлежности, просто на том основании, что вам не нравятся журналисты. А может мне и другим членам ОНК не нравится организация «Офицеры России», которую представляет господин Цветков. Так давайте запретим общественной организации «Офицеры России» избираться в ОНК. Вот прям законодательно и запретим. Ведь, как сказано на сайте «Офицеров», основное направление их деятельности, это «оказание поддержки правоохранительным и другим силовым и контрольным министерствам и ведомствам, деятельность по повышению доверия граждан к силовым структурам». А между тем, хочу заметить, ст. 12 ФЗ №76 запрещает депутатам, госслужащим, адвокатам и прокурорам быть членами ОНК. А тут общественная организация, чьи представители есть в ОНК, оказывается занимается «деятельностью по повышению доверия граждан к силовым структурам», т.е. можно сказать, лоббирует их интересы. Как такое может быть?

Ну, конечно, «Офицерам» никто не запретит избираться в ОНК, а журналистам в нынешнем контексте могут попробовать.

Ну и завершении, вот такую «прекрасную» картошечку видели мы в СИЗО «Матросская тишина» в пятницу, 25 июля, когда вышеуказанные господа обсуждали вредность пребывания в членах ОНК Москвы профессиональных журналистов. Впрочем, такая картошка во всех семи московских изоляторах. Обещанная руководителями УФСИН по Москве свежая картошка в СИЗО Москвы была этим летом всего неделю. Закончилась по причине мизерной закупки.

1300480

Поясню, что же на этой картинке. Справа – картофель сушенный, производимый в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Калужской области, справа – всяческая грязь, что всплывает в воде при варке картофеля сушенного. Плавающую грязь, работающие на кухне осужденные из хозотряда, снимают шумовкой и в изобилии сбрасывают на пол. Причем, вода, в которой варится этот овощ, темно-коричневого цвета. Полагаю, что по причине его чистоты.

Может Роспотребнадзор посетит пищеблоки московских СИЗО? Ведь Тихомиров с Цветковым пока еще не могут запретить это Роспотребнадзору.

Источник: «Эхо Москвы»
Опубликовано автоматически, мнение администратора сайта может не совпадать с мнением автора.

0.00 avg. rating (0% score) - 0 votes
comments powered by HyperComments

Рубрика: "Эхо Москвы"