Евгений Ройзман, Много народа идет на прием

До начала еще разбирал обращения, зацепило: «Я пенсионер, пенсия моя слишком мала, прошу вас помочь мне осуществить протезирование зубов бесплатно или по льготным ценам, т.к. мне нечем кушать». Хорошее начало дня.

А потом просто пошло потоком. Несколько обращений по жилью. Причем такие, где надо принимать решение сразу же. Потому что люди остались на улице с детьми. На сегодня как-то решили, завтра придется задействовать из того резерва, что оставляли под беженцев с Украины.

Потом женщина пришла, взяла быстрый кредит дочку одеть, то да се, 130 тысяч. Потом еще один кредит. А потом еще, чтобы эти закрыть. Накопилось под полмиллиона. Пятьдесят процентов годовых. Однако. «Найдите мне, — говорит, — богатого человека, чтобы он за меня кредит закрыл, а я ему потом отдам». И вот думаем, как помочь.
Ты спросишь, зачем принимаем? Тоже житель города. Что, думаешь, мало таких?

Потом женщина пришла. Сын — хороший специалист. Разругался на работе и его уволили. И вот сейчас без работы голодает. Я говорю: «А че сам не пришел?». Говорит: «Так он дома с детьми сидит, у него их четверо». Ох ты, блин! Позвонил начальнику, договорился, что примут.
Пришли по ЖБИ с точечной застройкой. На Новгородцевой собрались строить какую-то хрень и в середине замечательного зеленого двора выкопали котлован. Изгадили двор. Тоже надо разбираться.

Женщина пришла, сыну 25 лет, попал в аварию. Еле выжил, лежит дома. А фотки показывает – плачет. Красивый, сильный парень был. Говорит: «Помогите нам с реабилитацией». В одной клинике 7 тысяч в сутки просят, а в другой 13. «Покажите, — говорю, — выписку». Читаю, а там простые слова: «Гидроцефалия… вегетативное состоянии…». Хуже, чем у Шумахера. А она считает, что шанс есть, и как ты ей откажешь?

Между делом сумели решить несколько вопросов по детям. Самое главное – сумели найти выход по Гоше, который на прошлом приеме умудрился съесть конфетку в фантике.

А потом пришел парняга, которого мы с Фондом хлопнули несколько лет назад. И у него что-то было при себе, но он как-то легко тогда отъехал, но, естественно, попал во все наши сводки и базы. А фамилия у него редкая. И тут как-то наши расписывали операции, и эта новость оказалась в топе. А он уже давно завязал и работает в хорошем месте. Я вижу, что нормальный парень. Он говорит: «Я так-то без претензий, в общем-то, вы меня и остановили, но меня на работе все уважают и мне перед коллегами неловко». Я ему для очистки совести говорю: «Езжай в Фонд, сдай тест, и если не покажет, то мы все сделаем». Слава Богу, у него все чисто. Сейчас будем стараться из песни выкинуть слово.

Потом пришла девчонка, ситуация очень сложная. У нас в городе неуклонно происходит вынос нестационарных объектов торговли, т.е. мы регулярно выносим все ларьки и торговые палатки, чтобы очистить хотя бы центр города. Она говорит: «Представляете, у меня ларечек 9 метров, с него кормится вся моя семья, и другого заработка у нас нет». И вот я упражнялся между умными и красивыми, чтобы и человеку помочь, и концепцию не ломать.

Делегация приехала из Невьянска. Там на Забельном живут цыгане, торгуют четыре дома. И вот один из основных, Коля Секачев, умер. Все обрадовались, но к нему на поминки приехало пол табора из Кургана, им там так понравилось, что они решили остаться. И вот испуганные жители приехали. Постараемся помочь.

Потом пришла пожилая женщина, несколько проблем у нее. Как-то порешали звонками. Она рассказала, что у нее в Кировской соцзащите работает Людмила Васильевна, которая собирает стариков, водит их в кино, театр, на концерты, и что ее все очень любят. Такие вещи случаются не часто и греют душу. В понедельник напишу благодарственное письмо. А потом эта женщина попросила продать ей горбатый запорожец, который стоит в гараже с 74 года, и почти как новый. Я поговорил с человеком, который собирается создавать технический музей. Он сказал, что купит и сохранит.

Много еще всего было, часть на понедельник перенесли. И уже в самом конце пришла хорошая женщина, учительница русского языка и литературы. В хорошей школе работает, ученики любят и родители уважают. Сосед доставал. Конфликт. В результате он написал на нее заявление, что она его побила. И она никак не могла поверить в серьезность происходящего, потому что он здоровенный мужик, сотрудник охранного предприятия. И она никак не могла его побить, даже если бы захотела, кроме того она просто его не била. И поэтому точно знала, что это все неправда. Она не понимала, как защищаться, потому что обвинения были настолько дикие и нелепые, что это было очевидно для всех, и она понимала, что в это никто и никогда не поверит. Но потихонечку, листочек к листочку, бумажка к бумажке, протоколы, справки, рапорты, и ее, скромную учительницу русского языка и литературы, осудили по статье 116 за нанесение побоев здоровому мужику, сотруднику охранного предприятия. Присудили то всего 5 тысяч штрафа, но это судимость, и она теперь не может работать в школе. А ей уже за сорок, и она всю жизнь проработала в школе. Я надеюсь, конечно, что охранник этот пятью тысячами учительскими подавится, но делать-то что-то надо, и работу искать, и помогать как-то. В принципе, все можно решать, просто немножко энергии не хватает. Опять же никто не говорил, что будет легко.

Оригинал

Источник: «Эхо Москвы»
Опубликовано автоматически, мнение администратора сайта может не совпадать с мнением автора.

0.00 avg. rating (0% score) - 0 votes
comments powered by HyperComments

Рубрика: "Эхо Москвы"