Александр Зеличенко, Демократия: правильная постановка вопроса

Статьи о демократии надо читать с конца — с того, к чему автор призывает. Что на выходе? «Долой демократию — да здравствует диктатура!»? Или — «всеобщее и равное»? Или — «американскую модель в Россию!»? Или что-то еще?

В наше время ужесточения диктатуры монархического толка любой антидемократизм выглядит, мягко говоря, подозрительно. По одной простой причине: хуже того, что есть, быть не может.

Не в смысле снижения уровня потребления или увеличения уровня нестабильности. Отказ от любой диктатуры, включая и «дикатуру пролетариата» как раз чреват и тем, и другим. Мало сказать»чреват« — и то, и другое почти неизбежно.

«Хуже некуда» при диктатуре — это не колбаса и не «уверенность в завтра» (совершенно иллюзорная, к слову сказать, уверенность — как у марширующего по плацу к яме). «Хуже некуда» в том, что диктатуры нежизнеспособны в сколько-нибудь продолжительной перспективе. Лишая общество возможности творческого самовыражения, они перегораживают «реку жизни», и «река» эта сносит их плотины, какими бы прочными и высокими их ни строили. А что бывает, когда вода сносит плотину? Ну, это вы как раз знаете.

Так что, прочитав концовку «долой демократию — даешь диктатуру», остального можно не читать: тут явный политический заказ. А «остальное» здесь — собрание тенденциозно подобранных и умело искаженных фактов, подтверждающих вывод, нужный клиентам автора.

Вообще говоря, при концовке «всеобщее и равное» ситуация почти такая же: начало тоже читать не обязательно. Возможно, здесь и не заказ, а искренняя преданность идеалам юности. Но это мало что меняет. То, что «человечество не придумало ничего лучшего», не означает, что классическая демократия западного образца так уж хороша. «Лучше» не значит «хорошо». Перечислять ее родимые пятна — это, с одной стороны, отнимать ваше время, а с другой, лить воду на мельницу антидемократов, хуже которых, как я уже сказал, ничего быть не может — неважно какой они масти: монархической, клерикальной, силовиковой или какой-то еще.

В каком же случае есть смысл тратить время на чтение? Если статья кончается не утверждением, а вопросом. И им же начинается. И вопрос этот не о том, демократия или не демократия, а о том, КАКАЯ демократия нам нужна.

Вопрос этот совершенно не тривиальный, но для нас — единственный осмысленный. Я попробую его немного разработать.

Прежде всего, искать на него ответ в прошлом — «давайте сделаем, как те-то и тогда-то» — совершенно бессмысленно. Во-первых, это невозможно — два раза в одну реку не войти. А во-вторых — не хорошо: старые демократии потому и кончились, что перестали быть хорошими, люди их переросли

Идем дальше. Есть два универсальных принципа государственного устройства. Первый — государство должно помогать гражданам становиться лучше («жить лучше» — это просто синоним «быть лучше», «становиться лучше») с учетом уже достигнутого уровня развития граждан. Второй — лучшие граждане должны руководить худшими, а не наоборот.

Что значит «лучше»? И возможна ли здесь универсальная шкала, когда на вкус нет товарищей? Возможна. «Становиться лучше» значит расширять сознание. Попросту говоря — становиться умнее, добрее, выше, чище. Еще проще — развиваться, развивать свой потенциал.

На этом простота кончается: как развиваться самому и как помогать развиваться другому — вопросы уже совсем не простые.

Другой вопрос, очень важный для нас, с нашей коллекцией психологических рубцов, оставленных самыми разными диктатурами, — что значит «руководить»? Нет ли тут речи о насилии? Мы очень не любим насилия. Особенно, когда мы оказываемся не в роли насильника (это еще куда ни шло, это мы еще готовы стерпеть), а в роли насилуемого.

Нет, «руководить» не значит «насиловать». «Руководить» значит «помогать». Прежде всего — создавать условия для развития. Что это за условия и как их создавать — опять-таки вопросы совершенно не тривиальные.

Поэтому и центральное для нашей политической мысли понятие власти, «-архии» (наважно, кто наши «-архи» — «мон-» или «олиг-»), «-кратии» (и снова неважно, что это за «-кратия» — «демо-», «тео-», «плуто-», «бюро-», или даже «клепто-»; да что там «клепто-» — даже если это «мерито-», всё равно неважно) должно быть пересмотрено радикально.

Власть — это подчинение одних воле других. Нам же нужно думать не о подчинении, а о помощи. Вместо властных полномочий нам нужно говорить о зоне ответственности. У одного гражданина эта зона ограничена им самим, любимым. У другого любимых может быть больше — пропорционально его способности любить. У кого-то любимым может быть и весь народ.

Дальше начинаются бесконечные вопросы о том, как это все сделать. О деталях. Тех самых — которые и бог, и черт. Это очень сложные вопросы.

Но чтобы говорить о них, сперва нужно разобраться с главным — какой мы хотим видеть свою жизнь. Без этого мы так и будем толочь воду, тщетно надеясь, что еще немного и мы собъем ее в масло.

Источник: «Эхо Москвы»
Опубликовано автоматически, мнение администратора сайта может не совпадать с мнением автора.

0.00 avg. rating (0% score) - 0 votes
comments powered by HyperComments

Рубрика: "Эхо Москвы"