Юрий Фогельсон, Почему ЕСПЧ назвал требования ЮКОСа к России спекулятивными, а Гаагский арбитраж эти деньги взыскал.

В обоих делах ЮКОСа: и в деле ЕСПЧ и в деле Гаагского арбитража акционеры ЮКОСа требовали от России одного и того же – возместить им убытки, вызванные тем, что Россия разорила ЮКОС. И хотя оценки этих убытков в обоих делах несколько разнились, суть требований была одной и той же. ЕСПЧ назвал эти требования частично спекулятивными и отказал в их взыскании, а Гаагский арбитраж взыскал эти деньги, правда, не полностью, а лишь частично. Интересно, почему так произошло, правда?

ЕСПЧ, оценивая эти требования отметил: «…предположения, используемые компанией в своей оценке перспектив выживания компании … в последующий период остаются по крайней мере частично спекулятивными». Но далее ЕСПЧ пишет «Даже если нельзя сказать, что перечисленные выше нарушения были единственной причиной ликвидации компании заявителя, они, тем не менее, серьезно способствовали этому».

Т.е. ЕСПЧ признал, что да, нарушения, допущенные Россией при ликвидации ЮКОСа, способствовали ликвидации компании, но являлись не единственной, а лишь одной из её причин. Рассуждения ЮКОСа признаны «частично спекулятивными» именно в том смысле, что не только нарушения, допущенные российскими властями, привели к ликвидации ЮКОСа, но и действия самого ЮКОСа по уходу от налогов. При этом нельзя точно утверждать, что, если бы власти ничего не нарушили, то ЮКОС остался бы работоспособной компанией.

Ну а раз так, раз и безо всяких нарушений со стороны властей ЮКОС мог прекратить своё существование, раз не доказано, что именно и только российские власти ответственны за разорение ЮКОСа, то и взыскивать с России убытки, вызванные прекращением существования компании, нельзя. Поэтому с России были взысканы другие убытки, за которые совершенно точно отвечали российские власти и только они – лишние пени и штрафы, которые заставили заплатить ЮКОС. И таких набралось на сумму 1,866 млрд. евро.

Гаагский арбитраж пришел к выводу, совершенно аналогичному ЕСПЧ, хотя и выразил его иначе: «…в то время как ЮКОС был уязвим в некоторых аспектах его схем налоговой оптимизации, и, возможно, даже мог столкнуться с существенными налоговыми претензиями, которые могли привести к значительным потерям, главным образом по причине мнимого характера некоторых элементов деятельности компании, по крайней мере, в некоторых из низконалоговых регионов, государственный аппарат решил воспользоваться этой уязвимостью, запустив полномасштабную атаку на ЮКОС и его бенефициаров, чтобы обанкротить ЮКОС и присвоить его активы, и в то же время, удалить г-на Ходорковского с политической арены».

Но к вопросу ответственности за убытки Гаагский арбитраж подошёл не так строго, как ЕСПЧ. Раз убытки произошли в результате совместных действий, как России, так и самого ЮКОСа, то арбитраж распределил между ними ответственность в соотношении 25% ЮКОС и 75% Россия.

Почему же такие разные подходы? По-моему, дело здесь в характере этих судов. ЕСПЧ – межгосударственный суд, назначаемый государствами-членами и непосредственно действующий поверх их суверенитетов. Гаагский же арбитраж – это торговый (предпринимательский) третейский суд. Он не претендует на преодоление суверенитетов — его решения для их исполнения подлежат признанию национальными судами. Отсюда повышенная строгость к стандартам доказывания со стороны ЕСПЧ и разбирательство спора в рамках торговой честности со стороны Гаагского арбитража.

Это урок тем, кто хочет участвовать в международном инвестиционном процессе, привлекать инвестиции. Он должен быть готов к тому, что к нему отнесутся, как и к любому другому предпринимателю, работающему на глобальном рынке и потребуют соблюдения good face and fair dialing т.е., так называемой, торговой честности.

Источник: «Эхо Москвы»
Опубликовано автоматически, мнение администратора сайта может не совпадать с мнением автора.

0.00 avg. rating (0% score) - 0 votes
comments powered by HyperComments

Рубрика: "Эхо Москвы"