Арег Галстян, НКР и Азербайджан: О возможностях возобновления войны

Эскалация ситуации на границе Нагорно-Карабахской Республики и Азербайджана в очередной раз породила дискуссии о возможном возобновлении крупномасштабных военных действий. Напомним, что в период с 1 по 2 августа военнослужащие армии обороны НКР предотвратили несколько диверсий, в результате которых азербайджанская сторона потеряла, по меньшей мере, 20 человек. В связи с обострением ситуации на границе, экспертная среда активно обсуждает два вопроса: а) возобновятся ли крупномасштабные военные действия; б) какие внешние силы заинтересованы в эскалации ситуации и потенциальной войне. Для того, чтобы объективно ответить на эти вопросы, необходимо понимать не только сущностные компоненты конфликта между Нагорно-Карабахской Республикой и Азербайджаном, но и место, роль и интересы глобальных и региональных держав в текущей геополитической конфигурации на постсоветском пространстве. Итак, стороны конфликта – Нагорно-Карабахская Республика, провозгласившая независимость от 2 сентября 1991 года и конституционно закрепившая свои текущие границы в результате военной победы, и Азербайджан, потерпевший в этой войне поражение.

Ввиду различных объективных политических причин интересы НКР в переговорах с Азербайджаном представляет Республика Армения. С 1994 года переговоры между Арменией и Азербайджаном проходят в рамках Минской группы ОБСЕ под постоянным председательством России, Соединенных Штатов Америки и Франции. Так, на протяжении последних десяти лет нарушения режима прекращения огня на границе Армении, НКР и Азербайджана носят систематический характер. При этом официальный Баку активно наращивает свой военно-технический потенциал, закупая большое количество наступательного вооружения как у России, так и у Израиля и США (поставки определенного количества вооружений через Германию и Турцию).  Нарушение режима прекращения огня со стороны Баку сопровождалось деструктивными политическими шагами, такими как героизация преступника Рамиля Сафарова, зарубившего ночью армянского офицера Гургена Маргаряна во время курсов НАТО, угрозы сбивать гражданские самолеты и объявление армян всего мира – главными врагами Азербайджана. Но, несмотря на эти факты, армянская сторона многократно заявляла о своей приверженности исключительно мирному решению конфликта в рамках переговоров под эгидой Минской группы ОБСЕ.

Однако официальный Ереван не раз призывал международное сообщество обратить внимание не только на участившиеся попытки диверсии, но и на факт возведения идеологии ненависти к армянам в ранг официальной государственной политики.  Игнорирование сигналов с армянской стороны  международной общественностью привело лишь к усилению военной риторики со стороны официального Баку, почувствовавшего всю безнаказанность. Последний жесткий ответ армянской стороны на границе является логическим результатом ранних предупреждений президента Сержа Саргсяна о том, что «Ереван и Степанакерт хотят мира, но в случае агрессии, противнику будет дан жесткий ответ». Приведет ли этот ответ к возобновлению войны? Теоретически, вероятность войны существует всегда, однако в нынешней ситуации она маловероятна в силу как объективных, так и субъективных причин. Объективная причина заключается в том, что Азербайджан в военно-техническом плане не имеет необходимого преимущества для ведения молниеносной войны.

Так, в докладе Лондонского Международного института стратегических исследований  отмечается: «Армянская армия довольно грамотна и осознает те цели, которые перед ней поставлены. Растет процент профессионального офицерского состава. Несмотря на серьезные закупки, азербайджанцы не могут достичь необходимого преимущества, что может создать серьезные риски в случае возможной операции в Нагорном Карабахе. Нефтяные доходы дали возможность Азербайджану закупить новые виды вооружений, в том числе системы противовоздушной обороны типа С-300. Несмотря на это, пока неясно, что выигрывает Азербайджан в плане боеспособности благодаря этим закупкам. Основу пополнения вооруженных сил в Азербайджане продолжает составлять призыв, а уровень общей подготовки достаточно низкий». Более того, по мнению большинства военных экспертов, армянская армия является самой боеспособной в регионе. В частности, подобное мнение выразил эксперт внешнеполитического совета США Уэйн Мерри, который заявил: «С точки зрения боевой подготовки армянские подразделения во много раз превосходят противника. Не секрет, что у армян есть армия, а у Азербайджана – только вооруженные силы». В свою очередь, директор Центра анализа мировой торговли оружием Игорь Коротченко, говоря об эффективности ВС Армении, подчеркнул, что армянская армия является второй по боеспособности после белорусской в постсоветских странах.

«Вооруженные силы Армении берут не количеством, а качеством. Многие армянские военные получают образование в России. Главная «лазейка» для армянской стороны – это армия Нагорно-Карабахской республики, которая не посылает в ООН никакие отчеты. Азербайджанская сторона часто «рапортует» о сотнях танках, артсистемах и бронемашинах в составе карабахской армии», — отмечает Коротченко. При этом в Баку прекрасно осознают, что азербайджанская армия, которая теряет большое количество солдат в результате развитой системы неуставных взаимоотношений, не способна решать задачи уровня «максимум». В целом, режим прекращения огня и диверсии направлены на удовлетворение внутренних потребностей азербайджанского общества, живущего в атмосфере созданного внешнего врага в лице армян всего мира. Последние диверсии преследовали несколько целей: 1) проверить на прочность обороноспособность ВС Армении и НКР, после чего начать широкую информационную и психологическую войну; 2) Ввиду кризиса российско-американских и российско-европейских отношений по украинскому вопросу, Баку мог надеяться на отсутствие реакции со стороны Москвы, Вашингтона и Брюсселя; 3) отвлечение азербайджанской и международной общественности от внутренних проблем (аресты правозащитников, преследования политических оппонентов,  американский доклад об ущемлении религиозной свободы в Азербайджане и т.д.).

В целом, для понимания внутриполитического аспекта необходимо использовать двухуровневую модель Роберта Патнэма. Теория Патнэма предполагает два уровня взаимодействия между игроками – Уровень I и Уровень II. Уровень I – международный уровень, на этом этапе переговоры между сторонами заканчиваются предварительным соглашением. На этом уровне «главные переговорщики» («chief negotiators») с каждой стороны являются основными действующими лицами, наделенными полномочиями ведения переговоров. В нашем случае переговорщиками являются Серж Саргсян и Ильхам Алиев. На Уровне II в игру вступают внутриполитические силы. Именно здесь в ходе обсуждений сторонники «главного переговорщика» пытаются убедить остальных внутриполитических акторов ратифицировать соглашение. По соглашению, принятому на Уровне I, должно пройти голосование на Уровне II, в ходе которого парламентарии проголосуют «за» или «против» него. Учитывая эти обстоятельства, Патнэм вводит понятие «Win Set» (пространство выигрышных решений). Под концептом «Win Set» понимается множество всех возможных соглашений на Уровне I, которые являлись бы «выигрышными» для внутриполитических групп на Уровне II. Исходя из этого, на внутреннем уровне мы получаем следующий «Win Set»:

  • Основой урегулирования Нагорно-Карабахского конфликта должно быть признание осуществления права народа Нагорного Карабаха на самоопределение;
  • Нагорный Карабах должен иметь контролируемую армянской стороной надежную сухопутную связь с Арменией;
  • Безопасность Нагорного Карабаха должна быть гарантирована на международной основе.

Таким образом, мы видим, что основные внутриполитические группы в Армении солидарны по нескольким вопросам. Следовательно, суверенитет НКР, подконтрольность Лачинского коридора и международные гарантии безопасности – вот те три пункта, которые не могут стать предметами торга в ходе переговоров, поскольку Саргсян осознает, что иные варианты не будут приняты внутриполитическими акторами. Что касается Ильхама Алиева, то его «пространство выигрышных решений» включает три основных пункта:

  • Возвращение беженцев в Нагорный Карабах до принятия его окончательного статуса;
  • Равноправное совместное использование Лачинского коридора;
  • Самоопределение Нагорного Карабаха в рамках территориальной целостности Азербайджана.

Как мы видим, независимость НКР не соответствует «пространству выигрышных решений» Ильхама Алиева. Исходя из этого, ему  приходится ограничиваться «угрозами и диверсиями» в адрес Армении и НКР. Но, принимая решения о последних диверсиях, официальный Баку просчитался с целым рядом вопросов. Во-первых, несмотря на кризис взаимоотношений по украинскому вопросу, США, Россия и Франция в равной степени не заинтересованы в возобновлении войны. Так, отметим, что официальный Вашингтон пришел к беспрецедентному соглашению по ядерной программе с Ираном и готовится вывести оставшиеся войска из Афганистана к концу текущего года. При этом Америка, как главный игрок в ближневосточном квартете по палестино-израильскому конфликту, более других не заинтересована в появлении дополнительной «головной боли». Мнения отдельных аналитиков о том, что Белый Дом стремится дестабилизировать ситуацию в регионе через Азербайджан, также не выдерживают никакой критики:

  • США – постоянный сопредседатель Минской группы ОБСЕ, на котором будет лежать ответственность в равной степени как и на России с Францией. Проигнорировав войну, администрация Барака Обамы в очередной раз подвергнется колоссальному давлению со стороны республиканских элит, для которых очередной внешнеполитический провал перед промежуточными выборами станет лучшим подарком.  
  • Американские нефтяные транснациональные корпорации «Shevron» и «Exxon Mobil» (имеющие самых влиятельных лоббистов в Белом Доме и Конгрессе) работают в Азербайджане и не заинтересованы в эскалации конфликта. Новая война, с учетом наличия у сторон современного наступательного вооружения, не ограничится территорией самой Нагорно-Карабахской Республики. Это означает, что под ударом будет вся азербайджанская нефтяная инфраструктура, которая будет уничтожена в течение считанных часов. Позволят ли ведущие мировые нефтяные гиганты в такой ситуации развязать авантюру, пустив свои миллиарды по каспийским ветрам?!
  • Нельзя забывать, что именно в России, США и Франции сосредоточены крупнейшие армянские диаспоры. Так, в Америке действует наиболее организованная армянская диаспора, имеющая влиятельную лоббистскую группу в Конгрессе. Группа по армянским делам насчитывает 113 законодателей в Палате представителей и 20 влиятельных сенаторов в верхней палате. При этом, членами армянского кокуса являются лидер большинства Сената Гарри Рид и председатели комитетов по международным делам обеих палат Эдвард Ройс и Роберт Менедес. Во Франции лидеры армянской диаспоры имеют серьезные рычаги влияния как на парламент, так и на президента страны. Официальная Москва также не сможет игнорировать почти двухмиллионную общину, хорошо интегрированную в общественно-политическую жизнь страны.

Нынешнее положение дел также устраивает не только Вашингтон, Москву и Париж, но и  ведущих региональных игроков. Так, интенсивное развитие политического диалога Азербайджана с Израилем привело к серьезному кризису в отношениях Баку и Тегерана.  Еще в 2010 году тогдашний посол Ирана в Армении Сеид Али Сагаяни недвусмысленно намекнул, что Иран — единственная страна, имеющая общую границу с Нагорным Карабахом. Отвечая на вопрос о том,  как Иран относится к тому, что в результате нагорно-карабахского урегулирования в регионе могут быть размещены миротворцы, которые могут быть и российскими, и американскими, посол сказал: «Учитывая то, что единственная страна, имеющая общую границу с Нагорным Карабахом — Иран, мы имеем четкую позицию в отношении размещения миротворческих войск». Турция, на которую ориентируется Азербайджан при принятии серьезных внешнеполитических решений, завязла в сирийском и иракском кризисе вкупе с охлаждением отношений с Америкой. При этом,с точки зрения устава НАТО, Турция сможет вступить в войну лишь в случае «непропорционального военного удара» по ее территории. С учетом количественных параметров, Армения теоретически не способна нанести Турции «непропорциональный военный удар». Более того, для Анкары фактор неразрешенности нагорно-карабахского конфликта является важным инструментом для создания барьеров углублению Армении в НАТО.

Источник фото: Официальный сайт президента Республики Армения

Web: http://www.president.am/files/pics/2012/05/08/813.jpg

   

 

Источник: «Эхо Москвы»
Опубликовано автоматически, мнение администратора сайта может не совпадать с мнением автора.

0.00 avg. rating (0% score) - 0 votes
comments powered by HyperComments

Рубрика: "Эхо Москвы"